blago kavkaz 1
По благословению Высокопреосвященнейшего Феофилакта, 

Архиепископа Пятигорского и Черкесского

 

Миссионерский отдел
Пятигорской и Черкесской епархии

b 25678-1368043896facebook


г. Железноводск, ул. К. Маркса, 34

8-928-926-88-77

[email protected]

Выступления

Выступление Высокопреосвященнейшего Феофилакта, Архиепископа Пятигорского и Черкесского на совещании епархиальных и приходских миссионеров

Социальные кнопки для Joomla

Текст публикуется в сокращении.

Мы, на самом деле, Слава Богу, многое делаем. И я, после встречи Святейшего Патриарха на миссионерском съезде и его речи, его переживания, естественным образом для себя принял решение встретиться со всеми Вами.

И хотел бы наш диалог поставить в исключительно практическую плоскость. Мы должны понимать, что есть современная миссия, цели и задачи нашей миссии. И на кого эта миссия должна быть направлена.  Она, конечно же,  имеет много направлений: как внутрицерковная, так и внешнецерковная. А внешнецерковная миссия направлена, как на своих по идее и по духу людей, которые сохранили в себе православные корни, и, возможно даже, православные традиции, но мало о них знают.  Так и на тех, кого мы не видим в нашей церкви среди православных людей. Это конечно особые виды служения, особые виды миссии.

Я могу сказать, с достаточной уверенностью, глядя на сегодняшний зал, на символическую границу, которая прошла между мирянами и клириками, о том, что мы живём во время, когда привыкли думать, встречая в автобусе русскую девушку или мужчину, что это православные люди. Но это далеко не так. И русский - не означает православный. Говорят сегодня о том, как это плохо, о том, что мы должны вернуться к вере и так далее.

Это правильные и нужные слова, но, к большому сожалению, за этими словами очень мало оснований. Причин этому много, и, наверное, одной из самых ярких я бы хотел назвать агрессивную информационную среду. Мы сталкиваемся с колоссальным количеством информационных атак на церковь. Эти атаки происходят не только извне. Очень большое количество атакующих находится внутри самой церкви.

Это приводит к тому, что естественное желание к чистоте и  внутреннему нравственному здоровью, используется людьми, заведомо ненавидящими церковь. Делают это они для того, чтобы это естественное стремление обратить против самой церкви.

Очень часто сегодняшние люди, которые проводят антицерковную риторику, это и люди иных религиозных конфессий. Надо честно сказать, что даже среди традиционных религиозных конфессий есть группы людей, которые не относятся с уважением к другим традиционным конфессиям. И в этом нет ничего удивительного, потому что всегда есть определенные проблемы, которые, к большому сожалению, заставляют людей подобным образом вести себя. В силу собственной необразованности, отсутствия опыта межрелигиозного общения, опыта собственной миссии и т.д. Так вот риторика этих людей очень часто заимствуется из церковной риторики.

Я регулярно просматриваю всевозможные порталы открытых антицерковных дискуссий. И надо сказать, что эта дискуссия сегодня все больше и больше приобретает церковный язык. Это тоже парадокс нынешнего времени. Мы с этим парадоксом, к большому сожалению, сталкиваемся и, чаще всего, не готовы к нему.

Потому что, когда идёт некий спор: исторический, теологический, мы ещё каким-то образом пытаемся найти ответы на вопросы, которые нам задают. Но когда нам говорят с применением церковной риторики о вещах, проблемных для самой церкви, мы начинаем занимать позицию или глубокого умолчания или глубокой обороны с постоянным чувством некоего извинения.

Я честно скажу, что не вижу сегодняшнюю миссию, такой, которая была в первых  веках у христиан. Такой миссии НЕТ. Это происходит по разным причинам; такое я и за собой замечаю, и  о себе бы хотел сказать. Я, к большому сожалению, не выхожу на площадь и не обращаюсь к людям со словами проповеди. Я не войду сегодня в какую-то некую общину с таким словом. Хотя понятно, что  священник может это проще сделать.

Наше появление в священнических одеждах уже является частью проповеди, но я этого не делаю почему-то, хотя это делали апостолы. И они это делали постоянно, причем их присутствие было связано не только со словом. Сегодня наше присутствие, к большому сожалению, со словом связано очень редко. Связано с чем угодно, но только не со словом. Я имею в виду слово о Христе.

И это тоже проблема нашей современной миссии. Мы, мне кажется, должны находить сегодня не только новые инструментарии миссии, но и использовать вполне опробованный и очень успешный метод миссии прямого общения.

С другой стороны, есть понимание того, где собирается общество. Сегодня оно собирается в блогосфере, в социальных сетях, собираются во всевозможных электронных сообществах и каждый, находясь в разных регионах, одновременно, находится в этом электронном поле.

Кто-то из Пятигорска, из Черкесска, из Нальчика, из Москвы и других городов, и все они, одновременно, вместе. Это  благодаря современным электронным средствам общения. Конечно, мы должны там присутствовать. Но чтобы говорить на этих площадях, нужно знать, о чем ты говоришь. Нужно уметь говорить!

На мой взгляд, исходя из анализа проповедей, которые я слышал, сегодняшняя проблема заключается в том, что в проповеди очень редко звучит слово о Христе. Я проанализировал проповеди некоторых священников нашей епархии. Там говорится обо всём, но не о Христе. Звучит слово «Бог», но звучит оно в связи с чем-то.

Христоцентричность слова – это самая главная соль нашего слова и нашей миссии. Если в моей миссии нет слова о Христе, то эта миссия никому не нужна. Вот, к примеру: «Турнир по волейболу». Общаюсь. Батюшка провел, теперь – отчитывается:

«Замечательно, Владыка, посидели, поговорили, собрались, поиграли, потом такая дискуссия была…» и так далее.
-А говорил ли ты о Боге что-нибудь? Ещё более точно спрошу, ты Евангелие почитал? Хоть пол главы?
-Нет
-А зачем ты это всё делал? Зачем ты потратил приходские деньги, если не прозвучало ни слова из Евангелия? Зачем?
-Ну вот, они остались довольны, дружба, мир…
Когда люди развлекаются всегда все довольны. Это понятно. Людей собрали: накормили, напоили, побегали, поиграли, посмеялись, пошутили. Да, классно провели время,  все довольны. Это хорошо.

А Евангелие читали? Молитву почитали? Ты о Христе рассказывал? Кто такой Христос? Простые банальные вещи церковно-приходской школы. 1-ый урок: Кто такой Бог?
-Нет
-Зачем ты это тогда делал? Зачем вообще это нужно?

Я очень часто привожу замечательную книгу Клайва Стейплза Льюиса «Письма Баламута», где старый бес пишет своему племяннику, маленькому бесу Гнусику письма о том, как надо соблазнять людей.  И он пишет там потрясающую вещь: «Очень важно поддерживать такие проекты, как: церковь и искусство, церковь и культура, церковь и образование, церковь и спорт, церковь и медицина. Но, только никогда не поддерживая проект: Церковь и Христос!»

Очень хороший совет. И, честно сказать, нередко этим советом пользуется не только Гнусик, племянник Баламута. Но почему-то этот совет становится основой к нашему усердию.

Если не звучит слово о Христе, то тогда это слово вообще не нужно. Если ты приходишь и говоришь о чем-то, но ничего не говоришь о Христе, - замолчи! Уйди оттуда! Ты зря туда пришел! Ты оставишь о себе хорошее мнение, хорошее впечатление, ты всех очаруешь своими знаниями, своей мобильностью, своей начитанностью, своим свободным языком, своей молодостью, или наоборот, - своей благородной старостью.

Но если ты не очаруешь Христом, то ты напрасно туда ходил! Вот об этом мы должны всегда помнить. Первое, самое главное слово миссии, это слово о Христе и мы никогда не должны начинать разговор о празднике, о традициях, о чем-то ещё. В последнее время меня очень часто приглашают на разного рода круглые столы, особенно публичные телевизионные передачи. И предлагают:
- Владыка, будет вот вскоре праздник Рождество Христово, как праздновать этот праздник? Что одеть? Что поесть? Куда сходить?
- Я не приду, я Вам сразу говорю. Мне это не интересно. Мне не интересно говорить о том, как наряжать елку и какие песни под ней петь. Мне это не интересно! Я не для этого живу! Если Вам это интересно, тогда без меня! Позовите повара с нашей кухни, она Вам расскажет. Я могу прийти рассказать только о Том, Кто родился! И будьте готовы к этому разговору!

Честно сказать, когда я ставлю такие вопросы, люди удивляются и говорят: нет, нам такая откровенная религия не нужна. Им нужно нечто этакое, в фантиках завёрнутое.  Дескать, пусть люди сами разворачивают. И мы согласились! Согласились, нередко, с тем, что всё должно быть в фантиках. Вот именно поэтому сегодня русский мужик, которого мы видим на рынке или русская женщина, которую мы видим в автобусе – не православная. Потому что они объелись фантиков.

Что нам необходимо для миссии? Для миссии необходима, прежде всего, заинтересованность в самом приходе. Нам крайне остро необходимо поддерживать миссионеров, но поддержка должна заключаться в конкретных вещах.

Священник даёт поручение: «Вот тебе определенное вознаграждение за то, что ты помогаешь мне по миссионерству. Но к концу первого квартала или первого полугодия я должен увидеть такие-то результаты. Есть конкретная задача. Не просто идите, и что-то говорите.

Задача заключается в следующем: если мы начинаем, например, заниматься миссионерством среди людей, которые собираются вступать в брак, то до конца года мы должны сократить статистику разводов. Если статистика разводов не сократилась, значит, работа считается неудачной, не получившейся, не воспринимается нормально.

Должны быть конкретные цели, должна быть конкретная работа. Как все люди занимаются конкретной деятельностью и она оценивается достигнутым результатом. Банальные, но естественные вещи. Сегодня нам необходимо научится ставить чёткие цели  и задачи.

К примеру, мы занимаемся миссионерством в селе или городе. Мы поняли, что у нас есть проблема. В селе распространяется та, или иная секта, которая соблазняет людей. Значит, цели и задачи: заниматься просвещением! В результате мы должны видеть сокращение количества людей,  которые поддались этой лукавой проповеди, этому обману. Мы должны увидеть конкретный результат.

Но самым конкретным результатом является воцерковление. Если ты хорошо провел время, к примеру, поиграл в футбол, волейбол, попил чай. И после этого нет никого у Чаши на Евхаристии – не нужно все это делать. Тогда все это, сразу же, я благословляю, закрывать! Самый прямой результат, - это когда люди появляются у Святой Чаши на причащении. Это и есть практика религиозной жизни,  это и есть конечная цель.

Мы живём в многонациональном регионе. Северный Кавказ объединяет 150 национальностей, Мы занимаемся миссией для внешних. Есть замечательная идея, я ее поддерживаю и благословляю, к будущему году перевести на языки, понятные народам нашей епархии, православный молитвослов.

Мы должны понимать, что нужно не просто эти молитвословы на приходы распространять, а должна появиться группа людей, сначала 2 человека, 3, 5, 10. Но вот собираются православные карачаевцы и у них есть человек, который с ними занимается. И у нас конкретная ставится задача: Тебе необходимо до конца года, чтобы в этой группе обязательно появились новые люди. И в этом заключается твоя миссия.

Не просто, возьмите, берите, почитайте, это на вашем языке..И что дальше? Ну вот, дали мне на русском языке журнальчик, здесь так хорошо о Боге сказано! Здорово! И всё, я пошёл дальше. И  ничего! Значит должны появляться соответствующие группы. Есть крещеные кабардинцы, карачаевцы, черкесы, люди других национальностей, которые в большинстве своем здесь проживают. Есть крещеные люди из тех семей, для которых это сознательный выбор.

Надо собирать такие группы и особо заниматься общением и особо заниматься на доступном для них культурном уровне, религиозном уровне. Отдельно заниматься беседой с этими людьми.  Маленькими группами, 5, 3, 10 человек, дальше – больше, но у этих людей появится среда.

Всё, о чём мы сегодня говорим, это перекликается и с образовательной деятельностью и с молодёжным служением. Миссионерство, в том числе бывает и на это направлено, но нам нельзя бесконечно сеять, мы очень много сеем.

Вот мы прошли крестным ходом в этом году по нашей епархии с иконой преподобного Сергия и мощами святых Кирилла и Марии Радонежских. Слава Богу, хорошо прошёл крестный ход. Ну а дальше? Есть у нас понимание, что у нас было до этого сеяния? След, который мы за собой оставили, он просто, как след от самолёта, растаял в облаке и стал просто облаком. Я к чему задаюсь этим вопросом? Для того, чтобы каждому из нас создать метод, схему отношения к делу. Что дальше?

-Отец, вот мы у тебя прошли крестным ходом…
-что дальше? Скажи пожалуйста, а дальше-то что было?
-Ну к нам пришли мощи, люди пришли, молебны заказали, панихидки заказали, свечки купили, денежку заплатили, все замечательно, хорошо. Батюшка такой счастливый и радостный.  Мы смогли отремонтировать это, вот это, Владыка.

-Это всё хорошо и дальше что? Беру Богослужебный журнал. У тебя причастников увеличилось на Богослужении?
-Нет!
-Всё как было, так и осталось. А какой результат? Польза от этого какая?
Крышу сделали.
-Это хорошо. Только для кого? Для тех же 10, что и было? Значит результат сведен к нулю! А почему, скажу. Потому что только сеем, но не имеем постоянной кропотливой работы по достижении определенной цели.

Вот мать, родила. Ну и прекрасно. Русская пословица об этом говорит: «Не та мать, что родила, та мать, что воспитала!». Очень тонкая пословица. И правильная. Ну и что, что ты родила? Ты стала матерью. Но это ещё не означает, что ты мать. Если ты ребенка не воспитаешь. Если завтра отдашь в детский дом или продашь за какие-то деньги за рубеж и что, ты после этого будешь матерью? Юридически - да! А нравственно - нет!

Вот у нас тот же самый должен быть принцип, когда, юридически мы называемся священниками, миссионерами и церковными работниками, а нравственно, с точки зрения дальнейшего возделывания поля, которое мы засеваем. Как мы называемся? Это вопрос, прежде всего, к самим себе.

Сегодня наша миссия должна быть очень активной. Нам часто разные оппоненты говорят: «Посмотрите вон, на других, как они миссионерствуют! Вот миссия там у них! Посмотрите, как они проповедуют, посмотрите на мусульман, на язычников, - вот они как мощно проповедуют!».

Смотрю на них, изучаю их опыт, там нет такой целой машины, поддержки, как есть у нас. Вообще нет этого! Нет отдела по миссионерскому служению в ДУМ Карачаево-Черкесии, а в Пятигорской епархии – есть! Нет отдела по миссионерству у неоязычников, а в Пятигорской епархии - есть! При этом их продвижение и вовлечение людей достаточно активное.

Недавно я общался с одним муфтием и он мне подтвердил.
-Да, Владыка. Очень много сегодня женщин - славянок появилось у нас. Очень много!

И что они делают? Они создают в мечетях группу, которые общаются с такими новообращенными славянками. Их отдельно собирают и с ними отдельно работают. Рассказывают, убеждают, пример показывают и т.д. Они берут активных, давно обращенных, тех же мусульманок из славянской среды лидерами таких групп и та, что раньше была Мария, а  теперь Марьям, показывает своим новым сестрам, как надо поступать и как надо жить из опыта уже своей жизни.

Мы сегодня знаем людей других национальностей, искренне уверовавших во Христа и принявших Христа. Мы знаем их, но немножко. Сегодня спроси у батюшки, есть ли среди людей прихожанка, которая могла бы с ними поговорить?  Скажет: Я не знаю таких.  Ну наверное есть, ну вроде бы вот там вот ходит. Вроде бы она кабардинка, исповедовалась. Ну да, вспомнил, исповедовалась кабардинка. Ну вот как-то сами по себе. Это конечно большая беда.

Большая беда заключается в том, что имея сегодня таких людей, мы  недостаточно активно, решительно, убедительно для самих себя реализуем потенциал, который мы имеем. Надо бы его использовать.

При этом скажу Вам, что колоссальных в этом  нет денег. Вот я поражаюсь! Не устраивают никаких ни фуршетов, ни чаепитий, ни футбольных турниров, ни обедов, а молодёжи там, - полно! Сходите в любую мечеть в пятницу, допустим, посмотрите, со стороны. Удивитесь!  При этом, ни разу не видел никаких объявлений, никаких курсов, кружков и всего на свете, - ничего! Но посмотрите, что делается.

Значит, есть у нас множество противоречий. Значит, есть то, что нам самим мешает, не извне, а изнутри. Кто-то  говорит про ТВ. Да, оно влияет отвратительно, но не надо говорить, что только они и они все портят. Вот выключат ТВ и Вы другими станете, Вы с ума сойдете, в общении поменяетесь.

Если ты внутри, как колокол с трещиной, не звонишь качественно, а гудишь, то где бы тебя ни повесили, - хоть на храм, хоть на палубу, хоть на дерево, хоть на фонарный столб, - ты везде будешь гудеть, а не звенеть. И это не зависит от того, где ты висишь.

Если ты треснутый колокол, хоть ты в храме висишь, на колокольне, ты там не зазвонишь ни «с того ни с сего». Это тоже должно быть для нас мотиватором. Почему я так говорю? Потому что я переживаю. Это то, чем я живу.

Но мы должны по-другому отнестись к нашей миссии. Не формально. Не надо говорить: «Ну вот, еще это надо делать». Это должно зажить у нас. Вот именно так! Зажить это должно у нас. Очень горячо, активно не показательно внешне, а содержательно, а это содержание возможно только от внутреннего содержания.

Как я уже сказал, в каждом приходе обязательно, и с будущего года будем контролировать на каждом приходе, чтобы были штатные, реальные люди, помогающие священнику в миссии, отвечающие за миссию. У нас масса рекомендаций, указаний. У нас тонны книг. У нас столько всяких методик. И когда мне говорят:
- Надо выработать единую методику.
Я вздрагиваю.

Я думаю: Господь и апостолы, чем они занимались? Всю свою жизнь работали, ничего не оставили, ни методологической базы, ничего…Что они делали? Не могу понять! Ну ладно, четверо из них Евангелия написали, ну а остальные, что они делали? Ходили там куда-то, что-то говорили…

Вы думаете, я кощунствую? Нет! Об этом бы надо задуматься. Я не говорю, что не нужно ни стандарта, ничего, несомненно, всё это помогает, но мы должны просто понимать, в каких случаях чем пользуемся.

Все вот эти стандарты, всё это замечательно! Изъяснения и всё прочее: одежда, которую мы должны одевать по погоде: зима – тепленькое, лето – лёгенькое, - вот! Это всего лишь одежда для погоды, но не более того. Ни цели, ни задачи. Всего лишь одежда для погоды. Вот где-то надо, там  мы используем.

Есть такой пример: желание сделать что-то хорошее, потому что это классно, это интересно. Если нет в этом цели проповеди – не надо это делать. Зачем?

- Давайте откроем детскую площадку?
- Хорошо, дальше? Мы открыли детскую площадку, здорово! Я рад за Вас, Дальше?
- Они приходят и уходят…
- Разберите эту площадку, зачем она нужна? Родители приходят в храм? Они стали причастниками? Вот год они ходили на эту площадку, год они там развлекались, крутятся на каруселях, опускают фантики от бесплатного мороженого в урну. Все улыбаются, все друг другу рады, все счастливы. А они за год хоть раз причастились? Этих детей увидели в храме?
- Нет!
- Закройте эту площадку, выкорчевать и выкинуть ее! Зачем она нужна? Это сухое дерево, которое не приносит плода!
- Но как же так? Это же надо!
- Тогда иди к этому дереву и собирай плоды!

А это то, о чем мы говорим. Мы посеяли, но забыли дальше культивировать. Думали, что само заработает. Лесенка разноцветная или скользкая горка к Богу не приводит! К Богу приводит слово о нем. Опять-таки к этому возвращаюсь.

Мы должны оценивать труды тех, кто миссионерствует, тем  насколько это привело людей в храм. Когда говорят: мы построим храм, человек зайдет и о чем-то задумается. Ну, я задумываюсь в магазине, когда вижу, что цены опять поднялись и чего дальше?

Я в храм зашёл, задумался о чем-то: «Жизнь моя жестянка, да ну ее в болото! Живу я, как поганка и мне летать охота!», - известная молитва в одиночестве. Вот и он, задумался о своей жизни. И что? Водяной перестал быть водяным после этого? Он что-то изменил в своей жизни? После вот этого своего размышления? Всё правильно: «Жизнь моя жестянка, живу я как поганка». Все, никакой надежды, никакого исправления! Это сказки, но ведь в этих сказках есть очень потрясающая сущность.

Вот то же самое, родные мои, надо понимать, что этот инструментарий должен приносить конкретные плоды в храме и об этом просто невозможно не задумываться. Миссия ради миссии – это утопия. Миссия, ради Христа – это смысл. Тогда, это не утопичная мысль, тогда может принести пользу.

Так вот, возвращаюсь опять к мысли о том, что обязательно на всех больших приходах у нас должен появиться помощник по миссионерству. Это не означает, что просто некий человек. Мы для этих людей будем создавать все условия, чтобы поддержать их. Будем думать, как это правильно сделать и выстроить эту работу. Она заключается в том, что это должны быть очень активные люди. Это должны быть не просто хорошие люди. Это должны быть активные люди. Очень активные люди.

Вот говорят, был хороший человек, не видно, не слышно его - он такой хороший, наверное! Не знаю, что в этом хорошего, может быть, если бы мой ребенок был бы тихий и спокойный и я бы его не видел – не слышал, я бы – испугался! А где он вообще? Что с ним? И хорош ли он?

В этом смысле миссионеры должны быть люди на приходе, не с точки зрения, - хороший, тихий – не видно, не слышно, а беспокойный. Но не беспокойный, в смысле предложения  бесконечных проектов. А давайте это сделаем, а давайте то сделаем! Не – е – т ! Это не то беспокойство! Беспокойный, это то, что он может и ему интересно общаться с людьми. Надо  хотя бы с этого начать. Найти людей, которым интересно общаться с людьми, которые не боятся говорить с людьми, которым очень нравится говорить с людьми.

Начать с этого! А у нас, слава Богу, на приходах такие есть, очень много. Только иногда качество этого общения, конечно, желает лучшего! Но, во всяком случае, если у человека есть желание общаться с людьми, то уже здесь можно было бы такой потенциал использовать. Таких людей можно подключать начать хотя бы с каких-либо праздничных дней, которые дежурят в храме, к нему может любой человек подойти и задать вопросы.

С батюшками не могут поговорить, у него столько работы.: Службы, службы, требы. Вот такое вот колесо, а не жизнь. Он как бы в этом колесе бесконечно крутится. А вот такой бы человек, мог поговорить бы, но есть некто - все должны знать его.

Вот у батюшки такая помощница, Мария Ивановна, она много хороших вещей знает. Да, вот она молчать не будет, ты поговори с ней. В храме вывешен листик, на нем  фотография, телефончик написан: Мария Ивановна, помощница настоятеля по миссии. Могу помочь Вам, постараться ответить на вопросы. Вы можете позвонить по телефону, если у Вас есть вопросы. Вы можете мне позвонить, я постараюсь просто пообщаться с Вами!

И уже, понимаете? Когда человек начинает, заходит в храм, и для него, может быть, нужна первая ступенька. А священник – это не всегда первая ступенька. Я часто сталкиваюсь с такими людьми. А что же Вы раньше не сказали? Да вот, Владыка, зачем Вас тревожить? Как же меня тревожить? Вы что? Как Вы себе таки мысли можете позволить? Да нет, я вот посмотрела, подумала: Да ну нет. Зачем я Вас буду тревожить? Полгода человек живёт в каком-то смущении, не отвечая на вопрос о своей духовной жизни. Как не можете? Я же сказал, вот телефон, давай! Да я вот что-то постеснялась, что я буду глупости всякие Вам говорить?

И появление таких миссионеров внутри церкви, с которыми можно поговорить «о глупостях», да вот о таких, которых я сейчас говорю. Это был бы первый, хороший, практичный шаг в помощи настоятеля. Для этого не нужно никаких создавать историй. Всего лишь контакт. Человек всегда в храме какое-то время находится. Можем договориться, встретиться, пообщаться, поговорить. Обязательно в миссии должны быть много людей и я бы призывал таких людей! Бог в помощь!

Нужно собирать людей для общей молитвы. Есть такая замечательная молитва, по соглашению, когда люди собираются, к примеру, и дома читают Псалтирь. Это благое дело и вот они собираются в 20, 40, 50 человек, распределяют время чтения кафизм. Воспользуйтесь этим! Это, как раз, хорошая миссия! Но там должен появиться человек, который расскажет о Христе. Не о том, как вымолить, чтобы муж простил жену или чтобы у мужа была хорошая работа или намолить кому-то горе или несчастье, а собраться, и там, поговорить о Боге.

Проводя беседы, я задаю вопрос: Вот встаньте и скажите мне, зачем нужно креститься? Зачем? Крещение принимать!? Что такое крещение? Из 150 слушателей ни один не ответил правильно. Нет, в принципе, почти все правильно ответили, но какие-то вообще вещи не церковные – «при крещении даётся Ангел Хранитель». Где Вы это в Евангелии читали? Это уже наше ощущение, понимание крещения.

Для чего ещё? «чтоб можно было за него молиться» А что, за некрещеных не молятся? Нет! Бред! Вы, наверное, никогда на Литургии не были. А кто такие «Оглашенные»? Это некрещеные. Вот если я с Махмудом Заурбековичем, который живёт рядом со мной, говорю о Боге, о Христе, что он уже «оглашенный»? Если я каждый раз, когда его вижу, говорю: «Привет! Как у тебя дела? Как жена? А знаешь, вот сегодня праздник Рождества Девы Марии, Марьям, а ты знаешь, что мы почитаем, а у нас вот так, вот так!»

И если я с Махмудом Заурбековичем практически каждый день и когда я услышу «Вернии, об оглашенных помолимся», и за ектеньей молюсь: «Господи, помяни Махмуда!» ,то значит, я согрешил?

Сама церковь говорит о оглашенных. Церковь молится о некрещеных, зачем нужно ещё креститься? Чтобы можно было отметить! Замечательная мысль, очень глубокая, хорошая, и представьте себе; никто так и не ответил, что такое крещение? И тогда я сказал банальную вещь: «Это новое рождение».

А это как? Я расскажу Вам беседу Христа с Никодимом. Христос, начал ни с того, зачем нужно креститься? Он не рассказал Никодиму ни про ангелов, ни про отпевание, ни про сорокоусты, ни про обедни, ни про причащение, ни про исповедь, ни про что из этого он не рассказывал Никодиму.

А говорил о рождении свыше: «Аще кто не крестится водой и духом – не родится свыше» Если я уже родился, второй раз войти в утробу матери? Вот они о чем говорили. О рождении!

Почему мы это не знаем? Что мы говорим о рождении? Почему этого не говорим? Непонятно! Да вот, даже вспомнить, кто-нибудь из Вас когда-нибудь говорил это? О крещении говорил? Кто-нибудь сказал о рождении свыше? А каком духовном рождении? Скорее всего, нет!

Я это говорю, потому что,  это вот и есть наша глубокая проблема. Потому что мы говорим о том, чтобы не болели детки, чтобы ночью спали, чтобы ночью не плакали, - не кричали! И всякую другую дребедень, которая никакого отношения к Евангелию не имеет.

Потому что когда мы собираемся, допустим, с теми же людьми, которые согласились прочитать Псалтирь, вместе молиться. Ну и говориться должно так: собираемся миссионерами. Так, Вы собрались? А сколько? 50 человек? Все? Все! Сегодня будем говорить о крещении! Сегодня давайте поговорим об этом Таинстве. Сегодня вот, батюшка читал такое вот Евангелие. Вот, батюшка нам рассказывал об этом Евангелии. И вот, вот эти вещи нужно давать!

Не всякие предания старцев, полуподпольных, непонятных: «Конец Света», «Армагеддоны». Господи, помилуй! Конец Света, - это «актуальнейшая проблема». Если мы крестимся, чтобы не болели, не искали, то, «конец света» - это проблема номер один? Особенно для тех, кто покрестился, чтобы не болели. Следующая проблема: не болеть и умереть. Всё!

Мы должны нашу миссию сосредотачивать в реальном церковном учении, понимании простых банальных вещей. Что такое причащение, зачем надо причащаться? Та же самая история. Чтобы не болеть. Ерунда! Что, Христос в аптеке работал? Простите меня! Лекарство выдавал? Вот апостол, открывал аптеку, и теперь, пожалуйста, приходи ко мне лечиться и корова и волчица. Ну что это такое? Это же не аптека! Это же нечто иное! Опять беда!

Честно сказать, об этом мы знаем достаточно, но большая часть того, что мы знаем, - не соответствует традиции и учению самой Церкви об этих же Таинствах. Не соответствует! Это предания старцев. Это, простите, скажу по-апостольски, бабьи басни! Никакого отношения к церкви не имеющие, вообще! Вот поэтому происходит то, что происходит!

Церковь, в которой мы лишаемся общения со Христом, вот этого живого общения, превращается во что угодно, только не в саму Церковь. Вот помощники настоятеля по миссионерскому служению должны, на мой взгляд, обратить внимание именно на это. Я думаю, что наши перспективы на будущий год должны быть рассматриваемы внутри самой общины, прежде всего.

Потому что община с осознанным пониманием церковной жизни, - это уже та самая среда, в которую интересно прийти. Когда ты приходишь в общину, а там, кроме сплетен и басен ты ничего не узнаешь, где нет вообще слова о Христе, то, что тебе это общение? Тебе там будет не интересно, ты уйдешь оттуда, сразу же!

Я, к большому сожалению, тоже помню свой опыт. У меня есть, в моем опыте вещи, которые болезненно вспоминаются, о ходе моего  воцерковления. И моей церковной жизни. Господи, помилуй!

Я сначала церковь знал, как лукоморье. Как будто кроме Пушкина люди ничего не читали. Всё, что я сначала узнал о Церкви, - это были бесконечные чудеса, черти, бесы, демоны. Это какой-то ужас! И на какое-то время, честно сказать,  я перестал ходить вообще в храм, я не мог больше эти басни слушать. Я понимал, что это басня, мне перестало быть интересно! Перестало!

Кстати, вопрос, почему 15 летние дети оканчивают воскресные школы и перестают ходить в храм? 15 лет исполняется ребенку, 16 лет – всё, в храме его нет. Почему? Потому что Пушкин ему не интересен с его сказками. Не интересен! Не потому что не интересно, а потому что человек начал жить Евангельской жизнью, пониманием того, что с ним происходит в Церкви.

У меня такой же был период, я не понимал, зачем это нужно? А потом, как-то Господь вернул, но вернул через какие-то испытания, какие-то потрясения, в том числе в личной жизни, эти переживания, чувства и т.д. Потом пришёл в храм, но уже по-другому пришёл, зная, зачем это нужно.

И тогда ко мне начали лезть со всякими чудесами. Но я уже всё это не воспринимал. Нет, нет! Мне это не надо! Мне это не нужно! Мне нужно другое! И потом встретил священника, который уже по-другому ко мне отнёсся. Увидел, быть может, желание всё это понимать.

Он меня взял за руку, это был покойный о. Пётр Нецветаев, его все в Пятигорске знают. И вот он, собственно говоря, начал особенно учить о Церкви, о Боге. И вот я, первый раз услышал о Боге, до этого я слышал всё, что можно. Это вот мой личный опыт! Не знаю, как у Вас было, а у меня так! И я никого не обвиняю, нет! Я просто говорю о методике нашего личного общения.  Когда мы в основное событие вкладываем какие-то там чудесные явления, как доказательство бытия Божия.

Бог даст, доживём до Пасхи. Опять будет дурдом по всей стране, по всему миру. Доказательство бытия Божия о благодатном огне. Господи, помилуй! Т.е. до этого благодатный огонь не сходил, 5 или 6 веков от Воскресения Христова. Вот уже есть доказательство, а до этого его не было? С этим будем бегать, все будем показывать. Вот! вот! Что вот? Разве это доказательство бытия Божия?

Разве не является доказательством бытия Божия прощение? Сострадание человеку? Не потому что ты ничтожество – мне тебя жалко! Я тебе сострадаю. Нет! Я тебе сострадаю не потому, что мне тебя жалко, а потому что мне жалко самого себя. Бог меня потом спросит за тебя. Я боюсь этого ответа, я сострадаю тебе. Не потому что ты хороший, а потому что он мне сказал это делать!

Я вчера смотрел интересный фильм вечером. 26 минутный. Об освобождении нашего российского корабля от пиратов в XXIвеке, у берегов Сомали. И там есть очень интересный сюжет, когда захватчики, они назывались мусульманами, хотя прекрасно понимали, что это просто террористы, которые захватывали корабли, а потом за большие деньги отдавали эти корабли и членов команды. Понятно, что это были экстремисты, исламисты, а не мусульмане, но там главарь в какой-то схватке, с этим же человеком, который захватил это судно, говорит: «Я тебя сейчас пристрелю!», другой:

 - «Убей меня. Я отправлюсь к Аллаху, а вот ты куда отправишься?».

Я задумываюсь над этими словами. Вот какая глубокая убежденность, показатель, что человек знает, что ответить, не просто так знает, он конкретно говорит: «Я отправлюсь к Аллаху» и тут же ему дают какие-то определения: «Да, фанатик какой-то!». Но тут, знаете ли, мы можем поспорить.

И я, задумался, а я, действительно, куда отправлюсь? А с чьим именем я на устах живу? Очень хороший был вопрос! Потому что с нами Бог, и это я говорю совершенно безо всякой иронии, всегда правда побеждает. Это принцип жизни. Но я внутренне думаю: «Интересно, а что тот офицер потом бы ответил? А что на этот вопрос можно ответить?

Но верующий человек, говорит: «А я к Христу Богу приду, и скажу ему о том и о том из Евангелия». Тот герой фильма ничего не ответил, потому что он не знает. Даже не то, что не знает, не верует. Хотя, наверное, на нем крестик был, бабушка в детстве окрестила. На Пасху, на Рождество ходит, - все, как положено,  делает. Как обычно все делают, а вот в его глазах  - непонимание.  Всё равно умру. А ты мужик будешь жить?

Вот интересный момент, мы должны сегодня заняться нашей внутренней миссией в первую очередь. Это моё поручение. Понятно, что у нас сегодня колоссальное количество всего, всяких книжечек, брошюрок. Но мы сегодня должны добиться конкретных знаний.

Если человек переступил порог храма и зашёл в храм, молодая девушка зашла в храм. Понятно, вряд ли она подойдет к какой-нибудь бабуле с какой-нибудь просьбой. Люди стараются найти человека своего же возраста.  Им понятнее как строить разговор. И вот та молодая девушка подойдет к молодой девушке и что-то спрашивает, та ей отвечает.

Если каждая из таких девушек, хотя бы большая часть людей, находящихся одновременно в храме, сможет правильно, толково и очень кратко ответить на самые главные вопросы. Мы сделаем колоссальный миссионерский шаг. Конкретные ответы на конкретные вопросы. Об этом нужно говорить на приходе, люди должны разговаривать.

Иной раз ещё  сказывается комплекс, когда человек всё понимает, а сказать не может. Но Господь дал нам голоса, значит, мы должны уметь говорить. Это тоже один из аспектов. Чаще сам начинаю практиковать. Пытаюсь, чтобы не я только говорил, но и люди, которые меня слушают, чтобы тоже разговаривали. Чтобы мы четко могли ответить на поставленные вопросы.

И это, знаете,  по принципу школы. Хорошо, когда учительница говорит в классе. Но ведь этого же недостаточно, должны ученики говорить. Если ученики не говорят, какой толк тогда учиться? Никакого нет толка. Ну да, да, стоп набор знали. И что? Что? Учитель должен знаниями пользоваться. Значит то же самое и нам нужно делать. Нужно уметь разговаривать.

В этом и заключается внутренняя миссия. Разными группами можно собираться. Вот есть группа с 20 до 35 лет. Вот есть пожилые люди. Отдельно их собирать лучше бы всего! И отдельно с этой группой говорить. Таким образом, мы могли бы почву для миссии создать на наших приходах. Сразу появится миссионерские группы без каких-то там высоких названий.

С проекторами, с мультимедийным оборудованием, с 3D, - это всё конечно хорошо, но толку от этого никакого. А вот у нас появится реальный центр, когда человек сможет в любой момент спросить. Вот это наша цель и задача!

Вместе с этим, наша миссия должна добиваться конкретных результатов. И любое поручение, которое настоятель дает миссионеру, должно быть конкретным.

Вот задача: в первую неделю Великого Поста, чтобы у нас было такое-то количество исповедников и причастников. Работай. И тогда мы смотрим. Берем журнал, открываем за прошлый год, сколько было причастников, и делаем оценку, есть ли у нас эффект или нет ничего.

Прежде всего,  давайте сосредоточимся. Мы предприняли в нашей епархии попытку: уже началось изучение Священного Писания. Я бы хотел, чтобы опыт,  наработанный  в чтении Священного Писания,  в таком живом общении распространялся.

Хорошей миссией является открытие кружков. Вот почему у протестантов так много людей. И, кстати, был один раз свидетелем, что православные люди традиционно приходят на эти кружки. А что Вы там забыли? Простите, Владыка, у нас о Евангелии никто не говорит, а нам хочется знать его.  Я православный, исповедуюсь и причащаюсь, в голову не впускаю всю вот эту мишуру, которая не в наших традициях.  А вот по Евангелию мне интересно поговорить и изучить Евангелие.

Это тоже интересная и очень важная тема, крайне важная тема. Я тут уже как-то задал вопрос для большой аудитории, сколько сможете вспомнить из Евангелия? Мы можем помнить цитаты из чего угодно, сколько угодно, но из Евангелия цитат мы очень мало знаем. Нет, в принципе, общие мы знаем, но вот дословные цитаты из Евангелия малоизвестны. Почему не известны? По разным причинам!

Потому что к Евангелию привыкли обращаться просто, как к сакральному тексту, который нужно почитать. Ты молитвы читал перед причащением? Я каждый раз вздрагиваю. Что за вопрос сумасшедший, зачем вы учите людей неправде? А почему не спросить правильно: молилась ли? Как в известном произведении мавр спросил. Он спросил, молилась ли ты, Дездемона, а не вычитывала ли вечернее правило?

А у нас, батюшка не позволяет себе такой роскоши. Не читала молитвы? Всё, иди! Это какой-то ужас! И мы привыкли к согласию с этим, а это беда, Эти проблемы складываются в одну цепь. И, при таком подходе многое, превращается в формальность. Отсюда вытекает все остальное: охлаждение и все прочее.

Я каждый раз задаю вопрос. Христос пришёл на землю. Ответь мне, пожалуйста, зачем? Не знает, что ответить! А почему не знает? Потому что не научили. Нет, вычитывать, конечно, молитвы научили перед причащением. А реально жить этой молитвой, в молитвах, которые он вычитывает перед причащением,  найти ответы на вопросы человек не в состоянии.

Такой процент есть даже среди священнослужителей. Я не буду открывать все тайны, но тут как то я спросил батюшек: Переведите мне с церковно-славянского языка текст: «Яко птица, особящаяся на здех». Переведите на русский язык. 2 человека из 150 смогли ответить. Сильно, правда? А все остальные…ну вот, ну да. Ну вот, все понимаю, а сказать не могу, а зачем ты тогда это читаешь? Кто такие «ЗДЫ»?

Есть беда такая. Она заключается опять-таки в чем? Мы не проговариваем важных вещей, ведь мама сколько раз говорит ребенку, пока он растёт, что ты должен сказать дяде, тете, проговаривать бесконечно: Спасибо! Что надо сказать при встрече: Здравствуйте! Вот и здесь нужно некоторые вещи забить в сознание, проговаривать постепенно. Кто такой Христос? Зачем он родился? Зачем он на крест пошёл? Зачем это всё нужно было? Зачем креститься? Зачем причащаться и исповедоваться? Зачем нужно свидетельствовать? Зачем? Кто они такие? Что это такое?

Я помню, когда я первый раз здесь сказал: Я никакой не посредник! Я не хочу быть посредником. И это вообще не нормально, тогда кто-то думал, что священник – это не посредник. Тут такой гул поднялся: Как? Батюшка не посредник? Никаких посредников! Боже сохрани! Богу не нужно! Зачем ему посредники? Батюшка ведь как посредник! Это ложь! Он не посредник! А кто? Кто батюшка?

Конечно, я батюшек спрошу, они знают кто они? Я же свидетель! Да свидетель… и все. Вот он сам себе всегда говорит, это никакой не посредник! Твои молитвы, все, что ты делаешь, ты свидетель перед Богом, вот он засвидетельствует. Вот и все.  И сам Господь говорит, а говорит – Вы же, свидетели сему! Это самое главное призвание – быть свидетелем. Свидетельствовать о нем!

Это я к чему? Я заставляю оживить миссию, хоть немножко по-другому посмотреть, вылезти из того, что я знаю. Я все понимаю, но сказать не могу. Мы должны вылезти из этого. Это самая главная миссия.

Наша миссия сегодня самая главная внутри общины. С этого начать надо, друзья мои. Вы думаете о том, что для этого нужно сделать? Как нужно выстроить работу? Инструментов куча, но они должны быть направлены, прежде всего, внутрь общины. Потому что и внутри общины, посмотрите, сколько у нас людей. Мягко сказать, оболваненных. Уже боюсь даже этого слова пропустить, машинально настроенных. Сколько всякой ерунды в головах!

Я знаю людей, которые, по многу лет ходили в храмы, и потом, вдруг, приходят с какими-то странными мыслями…. Я говорю, Господи, где ты этого всего нахватался? Я понимаю, что это ерунда и начинаю объяснять поэтапно. И вопросы связаны со всякими Армагеддонами или ещё чем-то похожим. Я таких людей называю заложниками: они ложатся с мыслью о смерти и просыпаются с такой же мыслью. Это ужас какой-то! Они больше ничего не видят в этой жизни. Говорю, Вы кого ждете? Апостол Иоанн в Откровении что говорит? Заканчивается книга  какими словами? Иди, Господи, мы ждем тебя!

03 05 head M1T1k2Tikl8 pic 18bbb2 header sky 2 vtoroofon monastry1 dom dlya mami1 doverie prav edu1 kazaki1 prav pyatigorsk1 lermontov pravoslavnii1 minvod blagochinie1 novopavlovskoe blagochinie1 jivonosnii istochnik1 prav gimnazia1 prav kbr1 parv kchr north prav kchr south kupel kavkaza1 logo.jpg

Вы здесь: Home Об отделе Материалы отдела Выступления Выступление Высокопреосвященнейшего Феофилакта, Архиепископа Пятигорского и Черкесского на совещании епархиальных и приходских миссионеров